1.
- Где продается эльфийский шкаф... Где продается эльфийский шкаф...
— Ну что ты бормочешь, босс? – не выдержал Дроксель.
Рыцарь насупился.
— Боюсь пароль забыть.
В этом районе не было фонарей, лишь сквозь ставни тут и там пробивались узкие полоски света. Вдоль стен пробирались суетливые тени, а невдалеке грохотали сапогами патрули стражи.
— Между прочим, — заметил меч, — к мебели это отношения не имеет.
— Что? – встрепенулся рыцарь.
— Эльфийский шкаф, — пояснил Дроксель. – На самом деле, это одна из многочисленных эротических забав древнего народа. А делалось это так. Как известно, самцы сатиров изрядно широки в кости. Так вот, один из них и изображал дверцу, в то время как эльф с эльфийкой...
— Замолчи, Богов ради! – взмолился герой. – Забуду же...
— Это все пустяки по сравнению с игрой "Оберон пришел, Оберон ушел", — пробормотал меч едва слышно.
В условленный час рыцарь постучал условленным стуком в условленную дверь.
— Да? – услышал он.
— Где продается эльфийский секс... Тьфу, шкаф!
За дверью хихикнули.
— Знаковая оговорка. Ладно, — громыхнул затвор, — проходите. Магистр ожидает вас.
Лично с верховным магистром Гильдии Героев рыцарь встречался впервые. Хотя, конечно же, прекрасно того знал. В год, когда будущий рыцарь заканчивал школу, в газетах всей Империи появилась гравюра – моложавый полковник в форме грифонопехоты на фоне пылающей твердыни Тьмы. Но за последующие семь лет в отношении общества к Великой войне произошел странный поворот. Отчего-то все стали стыдиться победы, стыдиться тех, кто ее завоевал, и "Человека, который взял Темную Цитадель" в срочном порядке уволили из армии и послали в гильдию к таким же реликтам, как и он.
- Я просмотрел ваше дело, — проговорил магистр, отрываясь от документов.
Они сидели в небольшой комнатенке над трактиром. Рыцарь пил горячее вино и разглядывал эротические гравюры на стенах. Видно было, что обычно в комнате проходят тайные встречи иного рода.
— Очень впечатляет. Вы молоды, но талантливы. Несомненно, талантливы. А то, что вы в Гильдии недавно, только говорит в вашу пользу, учитывая обстоятельства.
— Обстоятельства? – удивился рыцарь.
— Видите ли, молодой человек, — начал магистр, вздохнув, — в последнее время Империю захлестнула волна зверских убийств. Гибнут лучшие или, по крайней мере, известнейшие – менестрели и историки, знаменитые нотариусы, авторы популярных хроник, звезды независимой прессы, светские львицы, художники и начинающие политики. Не далее, как на прошлой неделе, ужасная резня приключилась в столичном отделении "Общества борьбы за всяческие права", — магистр снисходительно усмехнулся. – Вы, конечно, слышали об этих смешных старушках, которые верят, что орки тоже люди. Идеи у них весьма странные, но, как вы понимаете, вполне безобидные...
— Но разве убийствами не должна заниматься стража? – удивился рыцарь.
Магистр помолчал, кусая губы.
— Мы подозреваем, что убийца член Гильдии, — сказал он, наконец. – Именно поэтому я и выбрал вас. Кто знает, возможно, существует самый настоящий заговор, а вы у нас человек новый. Я вынужден вам довериться.
— Благодарю вас, — проговорил юный герой, краснея, — но как же я найду убийцу? Признаться, я совершенно не понимаю в шпионских делах.
— Вам не придется его искать. Нам стало известно, когда и где он нанесет следующий удар.
2.
Рыцарю сказали, что в "Черном пегасе" состояло более сотни деятелей столичного искусства, однако большинство членов клуба предпочли пропустить заседание в связи с предполагаемым нападением. В большой, старый дом в тупичке у Площади Великой Победы кроме рыцаря и немногочисленной прислуги явилось только трое. Первой пришла знаменитая своим скандальным поведением в свете поэтесса, за ней модный скульптор. Третьего члена клуба рыцарь обнаружил совершенно случайно – на диване в гостиной зале спал мертвецки пьяный гном.
— Мы не позволим людоедскому имперскому режиму погубить нас! – воскликнула поэтесса, едва завидев рыцаря.
— Вообще-то, дамочка, — резонно заметил Дроксель, — мы пришли вас защищать.
— Нам не нужно одолжений от людоедского имперского режима! – не растерялась та.
— Может быть, нам уйти? – предложил меч.
— Конечно, вы с радостью обречете нас на гибель! – обрадовалась властительница душ.
Рыцарь хмыкнул и пошел обходить дом.
— А не выпить ли нам? – предположил скульптор, когда он вернулся в гостиную.
— Наливай, — буркнул немедленно проснувшийся гном.
— И прихвостня людоедского режима не забудьте, — вступился за хозяина Дроксель.
Тот покачал головой.
— Я на службе.
— Знаем мы вашу службу, — вскинулась поэтесса. – Вам бы только детишек сиротами оставлять!
— Каких еще детишек? – обиделся герой.
— Маленьких орчат! Скольких вы погубили, говорите же.
— Умерь пыл, Векриция, — встрял скульптор. – Но вы же не можете не признать, — обратился он к рыцарю, — что у наших темных собратьев весьма уникальная культура.
Герой вспомнил детские игрушки из человечьих черепов и дым над жертвенниками храмов Тьмы.
— Своеобразная культура, — пробормотал он.
— Вот-вот, – обрадовался скульптор. – А их песни! Слышали ли вы их песни?
— Да, слышал-слышал. Я, собственно, и язык их немного знаю.
— В самом деле? – включилась в разговор поэтесса Векриция. – А переведите какую-нибудь орочью песню.
Рыцарь задумался.
— Ну вот, скажем так. "Мы...", — он сбился. – Ну, предположим, "произвели некие действия, в результате которых мы могли бы стать отцами наших врагов. Мы так же вступили с нашими врагами в противоестественную связь. А теперь мы убьем наших врагов, мы съедим их, а потом... гхм, справим ими естественную нужду. Результаты же наших испражнений мы используем, чтобы описать действия, в результате которых мы могли бы быть отцами наших врагов". И так далее.
— Какая образная сила, — прошептала поэтесса. Глаза ее сверкали.
Этажом выше что-то громыхнуло.
— Сидите здесь и не выходите из комнаты! – крикнул рыцарь, вскакивая. – Заприте за мной дверь!
Он бросился вверх по лестнице, выдергивая Дрокселя из ножен. По сердцу ударило холодом, как всегда случается, когда рядом кто-то произносит заклятие, и сейчас же во всем доме погасли фонари. На темной лестничной площадке рыцарь столкнулся с противником. Он чудом отбил первый выпад, но страшный удар ногой вышиб из его руки меч и отбросил на перила. Над головой что-то свистнуло, и знакомый голос прошипел:
— Да глуши его! Глуши, пока не очухался.
— Дроксель, ты предал меня? – вскричал рыцарь в ужасе.
— Ты чего босс, я здесь, — раздался голос меча откуда-то снизу.
— Но что же тогда... – начал было рыцарь, но тут в голове у него полыхнуло, в глазах сверкнуло, и молодой герой потерял сознание.
3.
Столичную область им пришлось обойти. В городах стояли большие гарнизоны, а на дорогах свирепствовали отряды милиции — добровольных помощников новой власти. Пылали деревни, в небе носились патрульные драконы, а по трактам тянулись обозы с реквизированным у приспешников старого режима добром.
В предгорьях стало спокойнее. Народ здесь жил суровый, и грабить их опасались даже регулярные войска. За последние полгода здесь убили семерых наместников.
Ранним утром рыцарь проснулся в сарае в заброшенной деревушке. На центральной площади ветер теребил выцветшие плакаты последних выборов в совет Империи.
— "С Темным Властелином в светлое будущее", — прочитал Дроксель.
Рыцарь только хмыкнул.
К вечеру они вышли к башне старого мага.
— Оберон пришел, Оберон ушел, — громко проговорил рыцарь, постучав в тяжелые двери башни.
— Ощущение, что тайными делами занимаются одни извращенцы, — предположил меч.
- Так чем я могу вам помочь, юноша? – спросил рыцаря кудесник.
— Вы последний маг Империи. Дайте нам оружие, которое позволит нам победить темные силы.
— Эх, молодой человек, — покачал головой старик, — теперь уже поздно. Враг слишком силен, и нет такой силы, которая сможет его одолеть. Где же вы раньше были?
— Я сражался с чудовищами! – воскликнул рыцарь.
— С чудовищами, — передразнил маг. – Самое страшное из чудовищ – это людская глупость. Именно она и погубила Империю.
— Так что же, — прошептал рыцарь, — нет никакой надежды?
Старый волшебник сосредоточенно засопел.
— Недавно в древней рукописи я нашел заклинание, которое способно переносить человека во времени. Представьте, что у вас появилась возможность отправиться в прошлое и убить мать Темного Властелина.
Рыцарь нахмурился.
— Я не уверен, что смог бы убить женщину...
— А даже, если бы и убили, – перебил его маг, – на его место пришли бы другие. Все дело в тех, кто открыл Тьме дорогу. В тех, кто позволил Тьме победить. Вот, полюбуйся, — чародей шагнул к ближайшей книжной полке и вытащил драный томик, — популярный некогда историк. Он утверждал, что Добра и Зла не существует, и что все мировые конфликты объясняются исключительно меркантильными интересами. Ты слушай-слушай. "Истинной причиной, так называемой, Великой Войны было не мифическое нападение войск Темного Властелина на пограничные районы Империи, а желание императора захватить плодородные земли Темной страны". Каково? А газетные разоблачения древних героев? – маг схватил со столика стопку пожелтевших газет. – А организации, требовавшие специальных законов для других рас? Вот, кто мостил дорогу армиям Зла! Вот, чья гибель может изменить историю.
Рыцарь с ужасом смотрел на старого волшебника.
— Вы хотите, чтобы я отправился в прошлое убивать граждан Империи? Нет, — покачал головой он, – этого не будет. Этого не будет никогда, – и он вышел вон.
— Тогда все пропало, — прошептал маг, хватаясь за голову.
— Не торопите события, уважаемый, — подал голос стоявший в углу Дроксель. – Дайте мне с ним переговорить. День-другой, и он поймет, что иного выхода нет.
© 2000–2012 NoNaMe