Размышления у мусорного бака.

Послушайте, может, хватит, а? Может, хватит рассказывать, какая Европа чистюля, а русские – грязнули? Нашли, у кого учиться…
В Нюрнберге стража предупреждала: «Горожане, не выбрасывайте мусор из своих домов на улицу, не подкладывайте свой навоз к дверям соседей».

В 1800 году Муниципалитет Нью-Йорка приказал выгонять на улицы города свиней, которые
должны были поедать отбросы. Может быть, мы потому сейчас и захлебываемся в мусоре, что в 1970-м году пошли по западному пути?
Сегодня Самаре не хватает 4,5 тысяч контейнеров для мусора. Завтра понадобится еще 10тысяч. А не приходило ли вам в голову, что именно в этих контейнерах и таится все зло? Чтобы победить мусор нужно уничтожить… контейнеры! Давайте отправимся в детство. Слышите голос мамы?
— Малышок, вынеси мусор.
Большой двор пятиэтажного дома на Безымянке. Флоксы, качели, тетушки на лавке у подъезда. Во двор въезжает мусоровозка. Пацаны и старухи сами опрокидывают ведра, а водитель только нажимает кнопку, и большая труба крутится и прессует мусор. Всё.Мусор поехал прямиком на свалку. Или на свиномплекс:
отходы-то ведь были в ведрах в основном пищевые, и поросята росли на бесплатных деликатесах. И тут же врывается другой голос:
— Игрушки везу, старье – тряпье – кости собираю! Налетай, ребятня!
А у мамы уже все припасено: аккуратный тючок. На красавицу куклу, главный приз старьевщика, тючок, пожалуй, не потянет, но целлулоидный утенок или свистулька обеспечены.
-Малышок, беги, сдай бутылки.
За бутылками тоже приезжали во двор. С сумками летела вся дворовая команда. О, какой это был увлекательный процесс – сдача бутылок! Ощупывали горлышки (нет ли сколов), скоблили, пыхтя, этикетки, и главное — подсчитывали прибыль. Таблица умножения потом от зубов отскакивала!
С тех пор в голову накрепко вбито: бутылка – это деньги.
Ну а теперь посмотрим на эту ситуацию сквозь призму сегодняшних «достижений».
Приходится констатировать, что в СССР была эффективная система сортировки, сбора и утилизации отходов. Почти идеальная с точки зрения санитарного состояния города. Фактически безотходное производство: 90 % сырья шло на вторичную переработку. Любителям поговорить об «очередях» и отсутствии лишнего времени можно заняться элементарным подсчетом. Пятиэтажный дом – это 200 квартир. Чтобы опрокинуть ведро нужно 3 секунды. Даже если вы встали в самый конец этой очереди, у вас уйдет 10 минут. В реальности – значительно меньше. К тому же не забывайте, что система была так отстроена и подогнана, что большое государственное дело было … детским делом. Выносили ведра – дети, собирали макулатуру и металлолом – дети, сдавали тряпье и бутылки – тоже дети.
Поэтому, когда иные идеологи начинают рыдать о «негодном народе», который не идет ни в какое сравнение с аккуратными европейцами, которые сами сортируют свой мусор, они лгут. Причем лгут, имея свой большой интерес. Им очень нравится сладкое слово «халява».
Информация к размышлению.
В Германии человек, бросивший пластиковую бутылку в специальный автомат, получает чек на 0,25 ЕВРО. Интересен эксперимент, проведенный эссенским филиалом фирмы «Кока-кола» и химической фирмой «Хехст» (Франкфурт-на Майне). В Северном Рейне – Вестфалии – ввели в пользование двухлитровую бутыль из полиэфирной пластмассы, за которую покупатель платит 30 пфеннигов, возвращаемых ему при сдаче пустой бутылки.
Мусор стал бизнесом, а коммерсанты хотят «халявы». Они не хотят платить нам, как раньше, деньги за вторсырье. Они не хотят наладить сбор по домам, как это было раньше. Например, одно из предприятий Самары стонет от дефицита «тряпки». Дело в том, что им для производства кровли нужно тряпье. Но коммерсантам в голову не придет пустить по самарским дворам грузовичок с яркой надписью «Веселый старьевщик». Основным перевозчиком, а, следовательно, и «собственником» самарского мусора является частное коммерческое предприятие «Спецавтохозяйство». Оно занимает 75% этого рынка услуг. Кто получает доходы от извлеченных из мусора бутылок, тряпья, картона – великая тайна. Но населению они платить не готовы. Они предпочитают «перевоспитывать народ», чтобы получать отсортированное чистенькое вторсырье бесплатно.
В 1970-м году весь принцип сортировки, сбора и вывоза мусора был уничтожен под корень. Кстати, почему мы вдруг разом сошли с ума именно в 1970-м и резко поломали устоявшиеся привычки, почему вдруг то, что раньше шло в дело, стали щедро швырять в помойку? Попробуйте догадаться сами. Есть очень любопытные временные совпадения.
В 1970-м году в Куйбышев пришла Европа, и посреди каждого двора воцарилась своя помойка. «Спецавтохозяйство» приобрело в Финляндии специальные устройства—мультилифты – и оснастило ими ГАЗы и КамАЗы. Мультилифт поднимал на машину шестикубовый контейнер. Тогда же вдруг перестали ездить старьевщики, а чтобы сдать бутылки, нужно было тащиться на пункт приема, который работал в зависимости от «наличия тары».
«Европейский путь развития» невыносимо вонял...
Дело в том, что система перегрузки мусора в машины-контейнеровозы предполагает, что у контейнеров не должно быть крышек. Все, что раньше немедленно вывозилось из города, теперь под ярким солнышком гнило и благоухало, привлекая всяческую живность. Начиная с 1970-х годов у куйбышевского «Спецавтохозяйства» прибавилось забот: город заполонили бродячие собаки.

Любопытно, что никому в городе не приходит в голову связать эти две проблемы: помойки и стаи бродячих собак. Нет, предпочитают создавать питомники, отстреливать, стерилизовать, пугать народ укусами и бешенством. А ведь они уже связаны одним ведомством:
«Спецавтохозяйство». В городе всегда будет столько собак, сколько еды будет на его помойках. Уберите помойки – собаки уйдут из города. И снова информация к размышлению: в Англии (в 1775 году в Лондоне появились первые в мире мусорные баки) выбили собак, а теперь несчастных англичан атакуют еноты и лисы, которые тут же заняли собачьи места у жирных английских помоек. Вслед за стаями бродячих собак к нам пришла другая беда: неисчислимо расплодились крысы, любимое животное европейских городов. Как известно, крысолов в Европе был важным чиновником городского управления.
Тогда, в 1970-х, по нашим домам начали ходить тетеньки со списочками: «Крысы-мыши есть?» Теперь не ходят и не спрашивают. Зачем? Никого не боясь, эти твари вальяжно перемещаются от помойки к подвалу. После того, как с началом реформ практически свернули дератизацию, есть основания предполагать, что мы, наконец, приблизились к Европе. Там средний показатель – по одной крысе на каждого жителя города. Вот и считайте. Вы только посмотрите, сколько удовольствий мы получили «в одном флаконе» с этими контейнерами!
Отходы населения поступают в смешанном виде, и выделить из них сырье для переработки и вторичного использования проблематично. По официальным данным, основным методом удаления ТБО (твердых бытовых отходов) является захоронение, а промышленной переработке подвергается менее 7% отходов. Утилизируются в основном промышленные отходы и автомобильные покрышки. По информации министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Самарской области, общая площадь земель на территории области, занятых под размещение отходов, на сегодняшний день составляет порядка 1800 га. По данным департамента городского хозяйства и экологии, в настоящее время на территории Самары в год образуется порядка 4 млн куб. м твердых бытовых отходов. В Самаре используется одноступенчатая система сбора отходов, то есть мусор от места сбора напрямую попадает на полигоны. Город складирует отходы на пяти полигонах.
Так может быть пора уже признать, что тогда, в 1970-х, перейдя на якобы прогрессивный контейнерный метод, сваляли дурака? Есть пути, ведущие в тупик. И так ли уж необходимо биться головой об эту стенку? Ведь есть другие варианты...