Под суд за ошибку в трудовой книжке

Для начала, я просто поясню в двух словах в чем состоит мое "преступление", которое год расследовалось четырьмя дознавателями (двумя капитанами, майором и подполковником): на записи о моем увольнении в 2006 году из "помойной" организации инвалидов, где я был оформлен как "инженер по наладке оборудования", отсутствует печать.

Предыстория дела — здесь и на источнике!

Кто надо — тот знает, и что это за организация, и кто в ней работал, и почему это было так. И уволившись оттуда, я до сих поддерживаю хорошие рабочие отношения со многими из нее. А устраиваясь на другую работу я всегда с чистым сердцем давал все контакты для того, чтобы работодатель мог получить любую информацию.

Но обвинение, проведя годичное расследование, "обнаружило", что отсутствие на записи печати (на которую я и внимания-то не обращал) — это уголовное преступление, не подпадающее к тому же под срок давности в два года, установленный по этой (в моем случае — 327) статье. Почему? Они считают, что каждый раз, устраиваясь на работу, я использовал для этого трудовую книжку с записью, которая недействительна (т.е. без печати) и тем самым получал незаконные права и избавлялся от обязанностей.

Кто-то скажет — бред?! Но так не считает, ни следственная часть Фрунзенского РУВД (год работы над делом — в нем три тома!), ни Прокуратура Фрунзенского района (проверявшее его дважды и отправившее в суд!). Организации той инвалидской — нет, подтвердить правоту очень тяжело, по всем поднятым архивным документам идет сплошной разнобой в датах и приказах... Тот факт, что я об этом и знать не знал во внимание никем не принимается.

Что для меня принципиально:

Роман Никоноров (генеральный директор ЗАО "УК "СТАРТ")1) И я и Роман Никоноров (генеральный директор ЗАО "УК "СТАРТ"), которого товарищ его, в прошлом — эффективный менеджер Игорь Шабловский, ждет не дождется, знаем, что данное дело было заведено с его подачи, посредством Эдуарда Добрынина, "порешавшего" вопросы в своем родном Фрунзенском РУВД и к реальности оно не имеет никакого отношения. Причина — мой отказ тихо, поджав как собака хвост, уволиться и промолчать о том, какие делишки Романом планировались и каково на самом деле состояние дел внутри управляемой им "компании".

С момента моего ухода (полтора года назад) в компании сменилось несколько директоров по развитию, центральный офис переехал из тошнотного, но все же бизнес-центра — в подсобку гипермаркета, что в тупиках Купчино, планы "покупок" свернули, ничего арендовать не удается, а постоянные повторения о том, что "у компании несколько участков в Санкт-Петербурге", означающие все те же несколько участков с парой тысяч гаражей на каждом или площади под высоковольтной линией — это капитал еще тот.

И тот факт, что будучи неправым, этот человек мало того, что поступил по отношению ко мне непорядочно, так еще и пытался угрожать мне, вымогать при помощи своих сотрудников деньги — он не забыт! И забыт не будет, просто потому что не за чем это было начинать.

2) В случае если я получаю обвинительный приговор, то тем самым создается очень нездоровый прецедент, из логики которого выходит, что если у любого человека поставить под сомнение запись в трудовой книжке хоть какой давности, а доказать свою правоту человек не сможет (в моем случае следствие не стремилось доказывать даже вину и все состоявшиеся заседания суда это подтверждают), что само по себе — де-факто отмена презумпции невиновности, то его можно судить по 327 статье "за использование подложного документа", наплевав на сроки давности.

Может быть это для кого и заковыристо звучит, но юристы (и не только) все прекрасно понимают! И не успевают удивляться происходящему. Но особенности наших реалий таковы, что в середине процесса никто, кроме самых близких, не будет тратить время на то, чтобы вникать. Но если приговор будет обвинительным (понятное дело, что я его буду обжаловать до упора), то вот это — уже материал и для телевидения, и для газет.

То же самое касается попыткам вменить мне какой-то гражданский иск и взыскать с меня 250 тысяч рублей, обосновать который пока не получилось. Сначала — вымогательство 200 тысяч. потом — вот этот иск. Я понимаю, что в российской истории были времена и повеселее, но этот случай — тоже не самый плохой. Нургалиев разрешил, и я уже даже начинаю догадываться почему...

3) Я с трудом понимаю, как меня можно запугать, поэтому однозначно буду защищаться до победного конца в уголовном деле. Потом — получать присужденный мне в суде гражданском и не выплаченный до сих пор Никоноровым моральный ущерб в 20 тысяч рублей за несправедливое увольнение с работы в 2008 году. Со всеми пенями и прочими скандалами. Роман будет исправлять мне запись в трудовой книжке, что я обещал ему с самого начала.

А пока... все становится еще веселее! В моем уголовном деле безо всякого объяснения причин сменился судья. Сегодня. когда мы пришли на заседание, ко мне подошла женщина и сообщила, что мое дело будет рассматриваться теперь судьей другого участка в зале №416 вместо №305.

В коридоре я встретил судью, рассматривавшую мое дело до этого. Она разговаривала с гособвинителем и они радовались происходящему ))) А новая судья перенесла заседание на 02 марта и объявила о том, что начинает слушание дела с самого начала и все выступившие уже свидетели будут вызываться и давать показания заново. Представительницу "Старта", чью жопу мы обсуждали отдельно, с иском на 250 тысяч тоже будут слушать еще раз. Нереальное реально!