Красная Армия глазами поверженного врага. Часть 2

Красная Армия образца 1943-1945 гг. по праву являлась лучшей армией мира. Прорывы её механизированных корпусов были столь мощны и стремительны, что у немецкого командования складывалось впечатление, что против них воюет противник, имеющий на порядок больше солдат и военной техники. Ничем другим они не могли объяснить то, с какой сатанинской силой жернова русской военной машины перемалывали армии Вермахта, еще за 3 года до Курской дуги наводивших ужас на Европу.

«Панцыр-женерал» Гейнц Гудериан пишет: «Мы рассчитывали, что наступление русских начнется 12 января 1945 года. Превосходство русских выражалось соотношением: по пехоте 11:1, по танкам 7:1, по артиллерийским орудиям 20:1. Если оценить противника в целом, то можно было говорить без всякого преувеличения о его 15-кратном превосходстве на суше и, по меньшей мере, о 20-кратном превосходстве в воздухе».

И добавляет, что ежели бы превосходство русских ограничивалось соотношением 1:5, то «при правильном управлении он (немецкий солдат. – Авт.), благодаря своим блестящим качествам, сводил на нет такое численное превосходство».

Увы, любимец советских писателей-диссидентов безбожно загибал в оценке военного превосходства Красной Армии. Подобной разницы не было и в помине. А в начальный период войны Гитлер и его союзники обладали безусловным превосходством во всем.

Только к середине 1943 года сложился военный паритет. Чтобы убедиться в том, что Советский Союз не обладал военным превосходством, которое приписывают ему битые генералы, достаточно привести такую цифирь: всего во Вторую мировую войну Германия из 80 млн. населения мобилизовала 21,1 млн. человек, а в Советском Союзе из 196 млн. граждан военную шинель одевало 34,47 млн. И больше Сталин не мог поставить под ружье, иначе не кому было бы хлеб растить и снаряды точить. Это на фюрера пахала вся континентальная Европа. Как видим 11-кратным численным перевесом и не пахнет. Если этого недостаточно, тогда другие данные.

Пик численности Красной Армии, действующей на всём фронте (а не только в той части, что касалась непосредственно немецких территорий), пришелся на вторую половину 1944 года – 6,74 млн. бойцов и командиров. Против них сражалось 3,3 млн. немцев (по немецким данным) плюс не менее 600 тысяч союзных «недобитков». Даже двукратного перевеса не получается.

Заявленное Гудерианом соотношение (1:7) по танкам и САУ также плод испуганного воображения гитлеровского начштаба. По состоянию на 1 января 1945 года, Красная Армия имела в Европе 11 тыс. танков и САУ. Количество танков и САУ в Вермахте к 1 января 1945 г. составило 12990 единиц (по немецким данным). Если предположить, что более 2/3 из этого количества воевало на Восточном фронте, то против наших славных дедов немцы выставили не менее 8600 бронированных машин. И здесь и близко не было двукратного превосходства.

Дело было не в количестве, а в том, что Красная Армия на голову превосходила противника в организации военных действий, и спорить здесь не о чем.

Враг о русском солдате

Немцы не делали различия между украинцами, белорусами и великороссами. Мы, славяне, для них все были на одно русское лицо. Нигде в мемуарах битой немчуры не встречал пассажей вроде «украинцы (или белорусы) упорно сражались за высоту Х».

Об украинцах как таковых вспоминают лишь в контексте карательных операций в Белоруссии против партизан (одна Хатынь чего стоит, а были десятки других сожженных дотла деревень) и расстрелов в Бабьем яру, где замарало человеческое достоинство бандеровское отребье.

Фридрих фон Меллентин: «Русский остается хорошим солдатом всюду и в любых условиях... Трудно представить границы его терпения и выносливости, он необычайно смел и отважен... Почти все комиссары являются жителями городов и выходцами из рабочего класса. Их отвага граничит с безрассудством; это люди очень умные и решительные. Им удалось создать в русской армии то, чего ей недоставало в первую мировую войну, – железную дисциплину.

...Индустриализация Советского Союза, проводимая настойчиво и беспощадно, дала Красной Армии новую технику и большое число высококвалифицированных специалистов. Русские быстро научились использовать новые виды оружия и, как ни странно, показали себя способными вести боевые действия с применением сложной военной техники».

Отто Кариус, командир танковой роты, провоевавший и на Восточном, и на Западном фронтах: «Мы привыкли к противнику такому, как русские; мы были поражены контрастом. За всю войну я никогда не видел, чтобы солдаты разбегались так, что только пятки сверкали, хотя даже, по существу, ничего особенного не происходило... В конце концов, пятеро русских представляли большую опасность, чем тридцать американцев».

В этом свете выглядит забавно известный фильм «Спасение рядового Райана», в котором голливудские здоровские ребята живописуют эпизод, когда полтора десятка бравых янки успешно противостоят роте немцев и четырем «пацырам». Вот так надо восхвалять своих солдат, даже если они воевали хреново! У нас же все больше норовят вылить дерьмо на головы своих дедов, штампуя «Штрафбаты», «Сволочей», «Заставы Жилина» и прочие иудины поделки.

Гельмут Клаусман, ефрейтор 111-я пехотной дивизии: «Особенно угнетало то, что сбить русский штурмовик из стрелкового оружия было почти невозможно, хотя летал он очень низко... Летать на штурмовиках было очень опасно: среднее число вылетов штурмовика до гибели было равно 11, что в 6 раз меньше, чем у истребителей. Летчиков, способных так летать, у нас просто не было».

Случались в ту войну и трусость, и предательство. Но не измеримо больше было героизма. Был трагичный период отступлений, но после него Красная Армия явила миру непревзойденную мощь наступлений и Красный стяг над куполом Рейхстага. Наши деды победили безоговорочно, и ни каким ющенкам не изменить того, что произошло в Берлине 9 мая 1945 года.

Антон Дальский

Красная Армия глазами поверженного врага. Часть 1