Кино как оружие пролетариата

Так получилось, что советское кино надолго пережило Советский Союз и, вопреки всякой логике, чем дальше уходит эпоха, его породившая, тем популярней оно становится, ставя себе на службу новейшие цифровые технологии, захватывая интернет. Очевидно, что объяснить этот феномен ностальгией невозможно, поскольку это кино смотрят уже люди, которые не только не помнят советской эпохи, но и родились уже после перестройки. Видимо, искать разгадку этого феномена нужно гораздо глубже, в самих качествах этого кино и в тех идеях, которые в нем выразились

Советское кино отличается глубоким реализмом, единством актёрского и режиссёрского мастерства высочайшего уровня. Это то, что зовётся классикой, таким искусством, которое своим богатым, многосторонним содержанием резонирует и вызывает живые чувства сегодня и всегда. Такие киноленты как «Щорс» и «Арсенал» Довженко, или «Депутат Балтики» и «Тринадцать» Михаила Ромма несут в себе революционный заряд эпохи, в котором светится ход самой истории. Светится в людях — реальных, живых, в подлинном смысле этого слова, несущих в себе эту историю. В этих фильмах запечатлен дух эпохи, которой наряду с глубокими социальными потрясениями свойственны и широкомасштабные социальные преобразования.

Говорят, что Сталин старался просматривать все новинки отечественного кинематографа, шедеврам которого нету равных в мировой истории кино. Сталин не зря уделял немало времени на просмотр кино и на его критику. Он очень ясно осознавал ту важную роль, которую играет искусство в обществе, и понимал кино, театр как форму выражения общественного сознания народа, его стремлений и чаяний, борьбу тех или иных тенденций. Вообще, кино тогда любили, любили по-настоящему и ценили тоже по-настоящему. Киноискусство воспринималось тогда вполне серьезно. И тот факт, что не только худсоветы отфильтровывали халтуру, но и нередко по чисто политическим соображениям тот или иной фильм так и не появлялся на экранах (как было, к примеру, с довженковской «Украиной в огне») свидетельствуе в самую первую очередь о том, что к кино относились весьма серьезно и внимательно. Такова была эпоха, эпоха жесточайшей классовой борьбы во всех сферах жизни, в том числе искусстве и науке.

В генезисе отечественного кино можно проследить и своего рода моменты в становлении самосознания советского общества. Интересно, что оно также демонстрирует нам борьбу двух тенденций, свойственных обществу, живущему при социализме, как переходной стадии между капитализмом и коммунизмом. Задача художника и состояла в том, чтобы выявлять эти тенденции в обществе, отражать становление человека нового типа. В этом отношении кино также является ареной классовой борьбы и орудием закалки самосознания народа в его стремлении к революционным преобразованиям. А это стремление по мере все нарастающего гниения общества и упрочения господства грубого материального интереса во всех его сферах не только не падает, но и нарастает, независимо от того, осознается это стремление или нет.

В связи с этим неудивительно, что советское кино, несущее на себе печать эпохи наибольшей творческой активности масс, периодов Гражданской и Великой Отечественной войн, гораздо более соответствует потребностям нашего времени, чем современное искусство, несущее на себе печать полного разложение художественных форм и возводящее в свой идеал эту бессодержательность и тотальную нищету духовной жизни.

Это разложение — дело не сегодняшнего дня. Уже начиная где-то с 80-х годов всё большую популярность набирает кино, отображающее духовный кризис советского общества, образовавшийся вакуум беспутья. Примером постепенного протаривания дорожки в мир ирреального, религиозно-философской рефлексии может послужить «Сталкер» Тарковского, любимый фильм всякого интеллигента, находящего удовольствие в духовном самоистязании. Но и он явился ни чем иным как сигналом и призывом к осмыслению того, что в действительности общественной жизни что-то пошло не так. Нужно было искать в основании, но советские люди, которые уже не представляли единый народ, а являясь совокупностью индивидуумов, предпочли больше разбираться в красивых этикетках, и к проблемам социальной жизни обнаруживали всё большее равнодушие.

В связи с этим, интересна также и роль, которую играет модерн в отчуждённом обществе. Кино этого жанра, с одной стороны является выражением кризиса буржуазного общества, а с другой — отражает тенденцию к его преодолению, но преодолению абстрактному, которое не доводится критически до преодоления той основы, которая его породила, и в конечном счетё ведёт к адаптации к этому изломанному обществу. Ничего, кроме отражения наличных форм разложившегося на части человека, в таком кино зритель и не увидит, и можно лишь говорить о том, как это способствует большему осознанию отчуждения, но это лишь одна сторона.

Другой стороной, или ролью художника является та, которую В.И.Ленин понимал как отражение нарождающегося нового. Подобное отражение рождающегося нового из недр старого гениально отображено в творчестве кинорежиссеров того времени, среди которых особо хочется выделить упомянутого в начале Александра Довженко, который явно достоин отдельной статьи, и о котором мы поговорим в следующий раз.

Василий Пихорович