К вопросу о кризисах

Уходящий 2009 г. был тяжёлым для трудящихся не только России, но и большинства стран мира. Власти и имущие классы объясняют ухудшение экономической ситуации и, соответственно, жизненных условий широких народных масс экономическим кризисом. При этом сам кризис они преподносят как нечто неизбежное, что-то наподобие стихийного бедствия. В России произошло снижение валовой продукции на 9%, промышленного производства на 16%, реальная зарплата снизилась почти на 10%. Растут безработица, тарифы, цены.

Правительство предпринимает очередные мобилизационные усилия и изыскивает новые триллионы рублей для спасения ситуации на финансовых и фондовых рынках. И этот ком всё нарастает и нарастает. Но более всего в сводке сообщений настораживают сведения об останавливающихся конвейерах — ВАЗа, КАМАЗа, ГАЗа, "Форда" и других заводов. Люди уходят — где в частично оплаченные, где в совсем не оплаченные отпуска. Спрос падает, производства сворачиваются. И все уже воспринимают цифры потерь как нечто неизбежное и даже правильное. Мол, надо пережить кризис, это неизбежно, во всем мире ещё хуже.

Спрашивается, а так ли уж это неизбежно? Почему должны останавливаться заводы, когда есть люди, которые хотят работать? Есть материальные ресурсы. Когда они могут приносить пользу себе и другим, но вынуждены простаивать. Продукция их нужна. Только вот вопрос упирается в то, что умники в правительстве называют финансово-экономическим кризисом.

Почему в Советском Союзе кризисов не было? Были другие неполадки и трудности, но даже представить себе никто не мог, что заводы будут простаивать, что темпы падения производства могут составить десятки процентов. Везде рабочие руки требовались, требовались, требовались. Все знали, что нужно строить, варить, точить, пахать, сеять и так далее.

Сегодня власть предержащие любят говорить, что плановая экономика была ущербной, что государство является самым неэффективным собственником. Но, может быть, стоит как следует посчитать и окажется, что все издержки централизованной системы многократно перекрываются теми плюсами, которые даёт поступательное бескризисное плановое развитие страны. И не только в экономическом плане, но и с точки зрения моральной атмосферы в обществе и нравственного здоровья нации.

Поскольку власти предержащие в лице того же премьера Путина сегодня вынуждены признать цикличность капиталистического производства и периодическую неизбежность кризисов, то сегодня есть смысл ознакомиться с некоторыми мыслями по этому вопросу, изложенными товарищем Сталиным в его работе "Экономические проблемы социализма в СССР".

Касаясь вопроса действия закона стоимости при социализме, Сталин отмечал следующее: "Иногда спрашивают: существует ли и действует ли у нас, при нашем социалистическом строе, закон стоимости?

Да, существует и действует. Там, где есть товары и товарное производство, не может не быть и закона стоимости.

Сфера действия закона стоимости распространяется у нас прежде всего на товарное обращение, на обмен товаров через куплю-продажу, на обмен главным образом товаров личного потребления... В этой области закон стоимости сохраняет за собой, конечно, в известных пределах роль регулятора.

Но действия закона стоимости не ограничиваются сферой товарного обращения. Они распространяются также на производство. Правда, закон стоимости не имеет регулирующего значения в нашем социалистическом производстве (здесь и далее выделено редакцией), но он всё же воздействует на производство, и этого нельзя не учитывать ...

Наши предприятия не могут обойтись и не должны обходиться без учета закона стоимости.

Хорошо ли это? Не плохо ... так как это обстоятельство воспитывает наших хозяйственников в духе рационального ведения производства и дисциплинирует их. Не плохо, так как оно учит наших хозяйственников считать производственные величины, считать их точно и так же точно учитывать реальные вещи в производстве, а не заниматься болтовней об "ориентировочных данных", взятых с потолка. Не плохо, так как оно учит наших хозяйственников искать, находить и использовать скрытые резервы ... Не плохо, так как оно учит наших хозяйственников систематически улучшать методы производства, снижать себестоимость производства, осуществлять хозяйственный расчет и добиваться рентабельности предприятий".

Далее Иосиф Виссарионович сравнивает действие закона стоимости при социалистическом и капиталистическом методах ведения хозяйства: "Значит ли, однако, всё это, что действия закона стоимости имеют у нас такой же простор, как при капитализме, что закон стоимости является у нас регулятором производства? Нет, не значит, ... сфера действия товарного производства при нашем строе ограничена и поставлена в рамки. То же самое надо сказать о сфере действия закона стоимости".

И.В. Сталин подчёркивает, что при социализме закон планомерного (пропорционального) развития народного хозяйства заменил собой закон конкуренции и анархии производства, действующих в капиталистических странах. А ведь что, как не финансовая вседозволенность наших олигархов и их стремление встать в один ряд и даже выглядеть круче капиталистов стран Запада, привела Россию в ту же кризисную яму, куда валятся сегодня практически все экономически развитые страны? К этому привела замена плановой экономики на рыночную.

О преимуществах плановой экономики говорит в этой статье И.В. Сталин, что все "наши годовые и пятилетние планы" приняты и реализуются с учётом действия закона планомерного развития, да и вообще вся хозяйственная политика страны опирается "на требования закона планомерного развития народного хозяйства".

"Всё это вместе, — отмечает Сталин — ведёт к тому, что сфера действия закона стоимости строго ограничена у нас и закон стоимости не может при нашем строе играть роль регулятора производства".

Именно в том, что выступает в роли регулятора производства и видит Иосиф Виссарионович коренное отличие двух типов экономик: при социалистической — это планирование потребностей, которое гарантирует постоянный рост экономики страны. Что же касается капитализма, то при нём роль регулятора выполняет закон конкуренции через рынок. Конечно, и при рыночном методе ведения хозяйства темпы роста экономики могут быть на каком-то этапе высокие и даже очень высокие, но за ними наступает неизбежный спад, бьющий, в первую очередь, по наиболее неимущим и наименее защищённым слоям населения — по трудящимся, пенсионерам, детям.

Что же касается социалистической экономики, в нёй подобные спады и кризисы попросту невозможны. Это отмечает и Иосиф Виссарионович, подчёркивая, что: "Этим, собственно, и объясняется тот "поразительный" факт, что, несмотря на непрерывный и бурный рост нашего социалистического производства, закон стоимости не ведёт у нас к кризисам перепроизводства, тогда как тот же закон стоимости, имеющий широкую сферу действия при капитализме, несмотря на низкие темпы роста производства в капиталистических странах, — ведёт к периодическим кризисам перепроизводства". (Для читателей поясним, что низкими темпы роста были в те годы у капиталистов по отношению к советской экономике).

Сталин опровергает принятое на то время предположение, что закон стоимости является постоянным законом, обязательным для всех периодов исторического развития, и даже при коммунизме сохранит свою силу пусть не как регулятор меновых отношений , а как регулятор отношений между различными отраслями производства, как регулятор распределения труда между отраслями производства. По этому поводу он говорит следующее: "Это совершенно неверно. Стоимость, как и закон стоимости, есть историческая категория, связанная с существованием товарного производства. С исчезновением товарного производства исчезнут и стоимость с её формами и закон стоимости....

На второй фазе коммунистического общества количество труда, затраченного на производство продуктов, будет измеряться не окольным путём, не через посредство стоимости, как это бывает при товарном производстве, а прямо и непосредственно — количеством времени, количеством часов, израсходованным на производство продуктов. Что же касается распределения труда, то распределение труда между отраслями производства будет регулироваться не законом стоимости, который потеряет силу к этому времени, а ростом потребностей общества в продуктах. Это будет общество, где производство будет регулироваться потребностями общества, а учёт потребностей общества приобретет первостепенное значение для планирующих органов".

В противном случае, задаётся вопросом Сталин "непонятно, почему не закрывают у нас ряд пока еще нерентабельных предприятий тяжелой промышленности, где труд рабочих не дает "должного эффекта", и не открывают новых предприятий безусловно рентабельной легкой промышленности, где труд рабочих мог бы дать "больший эффект"?

"Если бы это было верно, — продолжает он, — то непонятно, почему не перебрасывают у нас рабочих из малорентабельных предприятий, хотя и очень нужных для народного хозяйства, в предприятия более рентабельные, согласно закона стоимости, якобы регулирующего "пропорции" распределения труда между отраслями производства"?

В этом случае, указывает Сталин, "нам пришлось бы отказаться от примата производства средств производства в пользу производства средств потребления. А что значит отказаться от примата производства средств производства? Это значит уничтожить возможность непрерывного роста нашего народного хозяйства, ибо невозможно осуществлять непрерывный рост народного хозяйства, не осуществляя вместе с тем примата производства средств производства". Иными словами, темпы роста производства средств производства должны быть выше темпов роста производства средств потребления. Это является одной из основ развития социалистической экономики.

Однако это не означает, что социалистическая экономика может оказаться нерентабельной. На этом вопросе Иосиф Виссарионович останавливается отдельно и подчёркивает следующее: "Некоторые товарищи делают ... вывод, что закон планомерного развития народного хозяйства и планирование народного хозяйства уничтожают принцип рентабельности производства. Это совершенно неверно. Дело обстоит как раз наоборот. Если взять рентабельность не с точки зрения отдельных предприятий или отраслей производства и не в разрезе одного года, а с точки зрения всего народного хозяйства и в разрезе, скажем, 10-15 лет, что было бы единственно правильным подходом к вопросу, то временная и непрочная рентабельность отдельных предприятий или отраслей производства не может идти ни в какое сравнение с той высшей формой прочной и постоянной рентабельности, которую дают нам действия закона планомерного развития народного хозяйства и планирование народного хозяйства, избавляя нас от периодических экономических кризисов, разрушающих народное хозяйство и наносящих обществу колоссальный материальный ущерб, и обеспечивая нам непрерывный рост народного хозяйства с его высокими темпами".

В этом видно ещё одно принципиальное отличие капиталистической и социалистической экономик — если в первой во главу угла ставится рентабельность отдельно взятого предприятия, максимальная прибыль отдельно взятого капиталиста, то во второй на первый план выдвигается рентабельность экономики всего государства в целом. А при таком подходе социалистическая экономика в длительной перспективе всегда должна одерживать верх над капиталистической. Правда, с одной оговоркой — экономика должна реально, а не на бумаге, подчиняться всем законам социалистического развития.

Нужно ещё отметить, что ущербность рыночной капиталистической модели организации экономики становится особенно понятной при рассмотрении вопроса продовольственного обеспечения граждан. Господа так любят вспоминать так называемый голодомор, советские колбасные электрички и совсем не хотят замечать, что сегодня в мире, да и в России, десятки миллионов людей недоедают и даже голодают. При этом "цивилизованное" Евросообщество устанавливает квоты, ограничивающие сельскохозяйственное производство и поощряющие фермеров за соблюдение этих ограничений.

А российские власти с удивительным упорством последние пятнадцать лет отказываются помогать собственному сельхозпроизводителю, в то время как миллиардные средства омертвляются (на сегодня — и сгорают) в иностранных ценных бумагах и на банковских вкладах.

Так может быть, с экономической точки зрения стоит коренным образом пересмотреть сегодняшний рыночный подход к организации народного хозяйства в целом?

Рабочая комиссия ЦК РКРП-РПК