«Комсомолка» нашла пропавшие картины художника Васильева

История оказалась крайне запутанной: там были и куча уголовных дел, и даже рейдеры, претендующие на два гектара Лианозовского парка. Часть собрания из 82 картин принадлежала сестре художника, частью картин владела общественная организация «Клуб любителей живописи», которую, в свою очередь, сотрясали внутренние скандалы. Но самое обидное, что никто из чиновников, «отвечающих за культуру», так и не удосужился вмешаться в этот конфликт, встать над схваткой. В Росохранкультуре, например, только от корреспондента «КП» узнали, что в Москве загадочно сгорают музеи. Чиновники посочувствовали, но влезать в эту историю не захо
тели — мол, картины не являются «национальным достоянием», а потому — вне компетенции бюрократов. Куда пропали картины, вывезенные из музея незадолго до пожара, в целом было известно. Бывший председатель «Клуба любителей живописи» Анатолий Доронин передал их на ответственное хранение некоему «Межрегиональному землеустроительному центру». Коллекцию отвезли на территорию режимного предприятия «Восход». Люди, имеющие самое прямое отношение к исчезновению картин, общаться с корреспондентом «КП» отказались: мол, «не время». В январе они сами вышли на связь и предложили все рассказать. Публично, на пресс-конференции. А в качестве доказательства своих слов привезти одну из «пропавших» картин.

«КОЛЛЕКЦИЯ НИКОМУ НЕ НУЖНА» Первым взял слово Кирилл Шашков:

- Я учредитель и полномочный представитель ООО «МЗЦ», которое являлось все это время правомерным владельцем 82 картин из коллекции, которая находилась на экспозиции в музее в Лианозове. Картины были переданы нам по договору. Я не вижу проблемы, чтобы снять с «МЗЦ» обязательства и передать их собственнику, которым по решению Бутырского суда является сестра художника. Я вел переговоры с ее представителями, но в день, когда мы должны были подписать разработанные совместно документы о передаче картин, эти люди пропали и на связь не выходят. Сама коллекция, вот эти 82 картины, кому-нибудь нужна? Я в этом положении зависаю как минимум с октября!
По словам Кирилла Шашкова, 15 картин из коллекции сгоревшего музея находятся в собственности «Клуба любителей живописи». Но в самом клубе сменился председатель, у которого нет всех полномочий, — например, клубной печати, чтобы заверить акт передачи картин. Нет и самого музея — выставочные залы завалены снегом по подоконники. Вот эту патовую ситуацию наши гости и решили «засветить» с помощью прессы. Надеясь, что власти все-таки вмешаются, тем более что Кирилл Шашков публично сообщил, что «коллекция пределов Москвы не покидала и не покинет».
НА ВЛАСТИ НАДЕЙСЯ...

По словам экс-депутата Госдумы Андрея Савельева, давнего соратника клуба и музея, наследством художника все-таки должны заниматься федеральные чиновники от культуры, а не хозяйственники. Оказывается, 16 декабря 2009 года аренда музейной территории в Лианозовском парке была прекращена московскими властями.
— Здание музея так и не было оформлено правительством Москвы. Очень давно 10 картин знаменитого «военного цикла» сестра художника передала в дар Москве. Они находятся в запасниках Малого Манежа. За это время они экспонировались считанные дни! По нашим данным, эти картины понесли серьезные утраты: вмятины, отслаивание красочного слоя, коробление подрамников. Мы обращаемся в Министерство культуры, а там чешут в затылке в течение многих месяцев. Хотя вопрос нужно решать сейчас. Наследие Васильева принадлежит народу. У нас могут быть даже противоположные взгляды на жизнь, на политику. Наше дело — способствовать тому, чтобы наследие Васильева сохранилось, имело постоянную экспозицию. Но пока из клуба исчезли картины, здание сгорело, территория отсутствует. Клуб лишился всего. Нам все равно, кто будет собственником. Важно решить вопрос сохранения экспозиции в России и ее доступности.

От редакции.
У этой пресс-конференции все-таки был позитивный результат: картины нашлись, и хранят их люди с чистыми помыслами — иначе они бы не решились на эту публичную встречу. Плохо одно — дальнейшая судьба коллекции неизвестна и непредсказуема. «Комсомолка» следит за ситуацией.