Наркомант

К Бердышевскому Стас Андронов решил обратиться исключительно по причине безрыбья. Больше ему ничего в голову не приходило.
В школе они были лучшими друзьями, но потом растерялись. Стас занялся бизнесом, а Бердышевский закончил ВГИК и быстро прославился, переделывая советскую классику в трэшевые ужастики. Его история большевистских вампиров «Кровавые дьяволята» заработала какие-то совершенно нереальные деньги, довела до белого каления десятки тысяч коммунистов и стала в Японии культовым фильмом. А пару недель назад Стас вычитал в сети, что его школьный товарищ приступил к съемкам «Мертвого солнца пустыни» — среднеазиатские басмачи против зомби-красноармейца.

Дверь Андронову открыла полуголая девица. Стас прошел сквозь компанию бомжово-богемных личностей и оказался в гостиной, где надежда отечественного кинематографа просматривала отснятые материалы и что-то черкала на обрывках бумаги*.
— Уходи с баркаса! – кричали с экрана.
— Моск! Моск! – выли в ответ ожившие свободные женщины Востока.
Бердышевский, хмурясь, посасывал карандаш.
— О, Андроид, здорово! – обрадовался он школьному дружку. – Ты откуда здесь?
— Здравствуй, Паша, — ответил тот. – У меня к тебе дело есть. Очень деликатное.
Режиссер надавил на «паузу» и кивнул на соседний стул.
— Понимаешь, — начал Стас, — время сейчас нервное. Кризис. В общем, начал я для успокоения покуривать иногда.
— И что, — подхватил Бердышевский, — зеленые человечки замучили? Нет, погоди, — он нахмурился, заметив, что собеседник не разделяет его веселия, — ты это серьезно?
— Они ведь и на следующее утро не исчезают, — ответил Андронов со вздохом. – И вижу их не только я.
— Да брось, — отмахнулся режиссер. – Ты меня разыгрыва… — и он замер, выпучив глаза.
Стас обернулся. У потолка, покачиваясь и негромко булькая, болталась в воздухе ктулхообразная сопля величиной с футбольный мяч.
— Что это, Стас? – прошептал Бердышевский.
— Да, понимаешь, три дня назад забили мы с клиентом косячок. Разговор зашел о НЛО. Так он и сказал, что, мол, в летающих блюдцах живут ублюдцы. Теперь эта хреновина повсюду за мной летает.
Тут летающий ублюдец надулся и весьма мультяшно лопнул.
— Дела… — протянул режиссер и пошел к серванту за коньяком.
— Послушай, — сказал он после третьей рюмки, — а от меня-то ты чего хочешь?
— Я думал, может, ты в этом разбираешься. Твоя ведь специальность, — и Стас кивнул на экран, на котором из под приподнятой чадры виднелось клыкастое личико Гюльчатай.
— Э, нет, — покачал головой Бердышевский, — это тебе к специалисту надо. Я выпишу адресочек.

- Ну что ж, батенька, с вами все ясно, — заявил молодой человек в белом халате, закончив «осмотр ауры». – Придется резать.
— Что? – ужаснулся Андронов.
— Чузман, не паясничай, — послышалось с кухни, и в комнату вошел хозяин квартиры. – Иван Чузин, — представился он.
— Я к вам от Павла Валентиновича… — начал Стас, привставая.
— Это несущественно, — отмахнулся Чузин. – Ну что там у него? – обратился он к «врачу».
— Парень природный наркомант, — заявил тот.
— Вот еще, — обиделся бизнесмен. – То, что я разок в неделю балуюсь травкой, еще не говорит, что я…
— Ты не понял, старик, — перебил его Чузман. – Наркоман, это тот, кто, принимая соответствующие субстанции, впадает в состояние измененного сознания. А наркомант в этом состоянии изменяет реальность. Это, брат, высшая магия.
— И что мне теперь делать? – спросил Стас испуганно.
Чузин пожал плечами и кивнул коллеге.
— Это больше по твоей линии.
— Пойми, — начал тот, — наркотики придумали слабаки и лентяи. Глотнуть таблеточку и улететь – велико достижение. Другое дело алкоголь. Он требует упорства и силы воли. Он хорошо укрепляет карму и отгоняет злые силы.
Стас нахмурился.
— Все это замечательно, но что вы посоветуете мне?
— Пить! – радостно вскричал Чузман.
— То есть, вы хотите сказать, что для лечения этой самой наркомантии требуется…
— Пьянство! – подтвердил святой агент. – Другой методы я не знаю**.

* Через пару дней Бердышевский должен был обговорить с Эрнстом два новых проекта.
Первый из них — сериал о похождениях эдакого российского Ван Хельсинга в послевоенном ССССР под названием «Место встречи – морг». Перед визитом школьного товарища Паша как раз переписывал знаменитые цитаты на новый лад:
«А теперь клыкастый. Я сказал, клыкастый»
«Мозжечок-мозжечок. Какой такой мозжечок?»
И, конечно же: «Труп должен лежать в земле. Я сказал!»

Второй проект – «Агония судьбы», герой которой просыпается после новогодней ночи в незнакомой квартире, наполненной смертоносными ловушками.
«Вагончик тронется – нога останется».

** К сожалению, курс лечения Андронов не закончил. Через неделю он пропал. Ходили слухи, будто бы его похитила оппозиция с целью накачать наркотиками и заставить грезить утопией. Только своевременное вмешательство спецназа спасло страну. С тех пор Стаса никто не видел. Хотелось бы конечно думать, что он излечился и теперь живет где-то самой обычной жизнью. Однако в мире нашем столько абсурда и нелепостей, что невольно представляется больничная койка в секретном бункере и суровые дяденьки со шприцами в руках.